Самые известные оперы мира: Пиковая Дама, П. И. Чайковский

Самые известные оперы мира. Оригинальное название, автор и краткое описание.

Пиковая Дама, П. И. Чайковский

Опера в трех действиях, семи картинах; либретто М. И. Чайковского при участии композитора по одноименной повести А. С. Пушкина.
Первая постановка: Петербург, Мариинский театр, 7 декабря 1890 года, под управлением Э. Направника.

Действующие лица:
Герман (тенор), Граф Томский (Златогор) (баритон), Князь Елецкий (баритон), Графиня (меццо-сопрано), Лиза, её внучка (сопрано), Полина, подруга Лизы (Миловзор) (меццо-сопрано), Гувернантка (меццо-сопрано), Маша, горничная Лизы (сопрано), Чекалинский (тенор), Сурин (бас), Чаплицкий (тенор), Нарумов (бас), Распорядитель (тенор), Мальчик-командир (не поёт), Прилепа (сопрано).
Нянюшки, гувернантки, кормилицы, гуляющие, гости, дети, игроки и прочие.

Действие происходит в Петербурге в конце XVIII века.

Действие первое. Картина первая.
Солнечный весенний день в Летнем саду. Среди гуляющих детей, нянюшек и гувернанток неторопливо прогуливаются молодые офицеры Чекалинский и Сурин, делясь впечатлениями о вчерашней встрече в игорном доме. Они говорят о странном поведении своего приятеля Германа — прежде весёлый, он поражает их теперь своей мрачной молчаливостью и неожиданным пристрастием к картам. А вскоре появляется и он сам вместе с молодым графом Томским, от которого также не скрылась загадочная перемена в настроении приятеля. «Скажи мне, Герман, что с тобою?» — спрашивает он. «Я потерялся, негодую на слабость, но владеть собой не в силах больше… Я влюблён! Влюблён!» — со страстью признаётся ему Герман. «Как! Ты влюблён? В кого?» — ещё более удивляется Томский. Но Герман не знает имени своей возлюбленной. Он боготворит её и поражает Томского силою своей страсти.

К офицерам подходит князь Елецкий. Оказывается, он женится: «светлый ангел согласье дал свою судьбу с моею сочетать!». Чекалинский, Сурин и Томский от души поздравляют счастливого жениха, а Герман с непонятным для себя волнением обращается к нему с вопросом: «Князь, кто твоя невеста?». Елецкий показывает на Лизу, появившуюся в это время с графиней в саду, и Герман сразу узнаёт в ней ту, которую он любит. В ужасе и оцепенении смотрит на Германа старая графиня: «Он опять передо мной, таинственный и страшный незнакомец! Он призрак роковой, объятый весь какой-то дикой страстью…». А Герман не меньше, чем графиня, поражён этой встречей: «В её глазах ужасных я свой читаю приговор немой!». Старуха торопится уйти, уводя с собой испуганную внучку.

Томский меж тем рассказывает приятелям анекдот о тайне «осьмидесятилетней карги»: по слухам, графине известны три карты, обладающие мистической силой выигрыша. Но открыть кому-либо свою тайну старуха может лишь ценой собственной жизни:

«Раз мужу те карты она назвала,
В другой раз их юный красавец узнал,
Но в эту же ночь лишь осталась одна,
К ней призрак явился и грозно сказал:
«Получишь смертельный удар ты
От третьего, кто, пылко, страстно любя,
Придёт, чтобы силой узнать от тебя
Три карты, три карты, три карты!».

С напряжённым вниманием слушает Томского Герман, а Чекалинский, смеясь, советует ему подумать над этим отличным случаем, «чтоб играть без денег». Начавшаяся гроза усиливает возбуждение Германа; молодой офицер клянётся любой ценой помешать свадьбе Елецкого с Лизой: «Нет, князь! Пока я жив, тебе я не отдам её, не знаю как, но отниму!».

Картина вторая.
Приближается к концу день помолвки Лизы. В её комнате собрались подруги. Среди них Полина, с глубоким чувством исполняющая «романс любимый Лизы», печальный напев которого сменяется общим хороводом и пляской в честь жениха и невесты. Но Лиза задумчива и грустна. Гувернантка напоминает барышням о позднем времени, гостьи расходятся, и Лиза наконец остаётся одна… Ей необходимо разобраться в своих чувствах. В день помолвки с князем Елецким — богатым, умным, знатным, горячо любящим её — она полна безотчётной тоски и страха: не жених владеет её сердцем, а незнакомец, в глазах которого «огонь палящей страсти». «И вся моя душа во власти его!» — поверяет ночи свою тайну Лиза, и в этот момент в дверях балкона появляется Герман. Девушка отступает в немом ужасе и делает движение, чтобы уйти, но в голосе Германа столько страдания и мольбы, что она против воли остаётся. Герман пришёл проститься: «Ведь это мой последний смертный час! Свой приговор узнал сегодня я: другому ты, жестокая, своё вручаешь сердце!». С отчаянием и страстью говорит он о своей любви, умоляя о жалости и сострадании… Лиза не в силах прогнать от себя того, о ком она неотступно думает, к кому стремятся все её мечты. Встревоженная доносящимися голосами, в комнату стучит графиня. Герман едва успевает спрятаться за портьеру. Он не может оторвать взгляда от её лица, в котором ему чудится страшный призрак смерти. «О, пощади меня!» — бросается он после ухода графини к Лизе. «Тебя люблю!» — «Я твоя!» — сливаются вместе их голоса…

Действие второе. Картина первая.
Костюмированный бал в доме богатого сановника. Много гостей, среди которых Герман, старая Графиня с Лизой, Елецкий, Сурин, Чекалинский, Томский. Приятели решают подшутить над Германом. Незаметно они подкрадываются к нему, шепча: «Не ты ли тот третий, кто, страстно любя, придёт, чтоб узнать от неё три карты, три карты, три карты?». Герман воспринимает услышанное как предзнаменование: «Что ж? Разве не люблю я? Конечно… да!». Обернувшись, он видит перед собой графиню. Оба вздрагивают, пристально смотря друг на друга, а таинственный голос снова, с насмешливым хохотом, произносит за его спиной: «Смотри, любовница твоя!». Герману страшно. Он не принимает участия в увеселениях, которыми развлекает гостей хозяин дома. Лишь появление Лизы несколько успокаивает: она любит его, вот ключ от потайной двери, через которую он сможет попасть в спальню графини, а оттуда в комнату Лизы. «Как! В спальню к ней?.. — восклицает Герман. — Теперь не я, сама судьба так хочет, и я буду знать три карты!». Одна мысль сжигает его воображение — разбогатеть, разбогатеть во что бы то ни стало, и тогда Лиза сможет принадлежать ему навсегда.

Картина вторая.
Через потайную дверь крадучись входит Герман в комнату Графини. Здесь всё так, как сказала ему Лиза, но мысли о ней почти вытеснены в возбуждённом сознании Германа желанием узнать у Графини её роковую тайну. С пытливым вниманием и тревогой вглядывается он в портрет той, с которой навсегда связан «какой-то тайной силой». А вот и она сама входит в окружении горничных и приживалок. Герман поспешно прячется за занавеску будуара. Опустившись в глубокое кресло и отослав всех из комнаты, Графиня погружается в воспоминания далёкой молодости. В этот момент перед ней вырастает Герман: «Я пришёл вас умолять о милости одной! Вы можете составить счастье целой жизни, и оно вам ничего не будет стоить!». С безмолвным ужасом смотрит на него Графиня, не двигаясь и не отвечая на умоляющий, настаивающий, наконец, угрожающий тон Германа. «Старая ведьма! Так я же заставлю тебя отвечать!» — вынимает он пистолет. Графиня поднимает руки, чтобы заслониться от выстрела, и неожиданно падает. «Полноте ребячиться!» — продолжает Герман и тут обнаруживает, что Графиня мертва. Входит Лиза. «Она мертва, — обращается к ней Герман, — а тайны не узнал я!». Не понимая до конца происшедшего, Лиза с рыданием склоняется над телом Графини, а Герман, со страхом смотря на труп, продолжает: «Я смерти не хотел её, я только знать хотел три карты!». Уловив наконец страшный смысл его слов, Лиза указывает Герману на дверь: «Прочь! Прочь! Злодей!».

Действие третье. Картина первая.
В военной казарме при свете свечи Герман читает письмо Лизы. Лиза верит, что он не хотел смерти Графини. До полуночи Лиза будет ждать его на набережной… Но смысл прочитанного почти не доходит до его сознания. В завывающем за окном ветре Герману слышится хор церковных певчих, и мрачная картина похорон Графини снова воскресает в памяти, доводя до исступления своей пугающей реальностью: «Вот катафалк, вот гроб… И в гробе том старуха без движенья, без дыханья…». Внезапный стук в окно сковывает все мысли Германа. Едва не теряя от ужаса рассудок, он устремляется к двери и останавливается, поражённый: перед ним вырастает призрак Графини в белом похоронном саване. «Спаси Лизу, — произносит призрак, — женись на ней, и три карты… выиграют сряду. Запомни! Тройка! Семёрка! Туз!». «Тройка… Семёрка… Туз…» — в оцепенении повторяет обезумевший Герман.

Картина вторая.
Поздний вечер. На набережной Зимней Канавки ждёт Германа Лиза. Он должен объяснить ей всё и успокоить… События последних недель — помолвка с князем Елецким, тайные встречи с другим (незнатным и бедным офицером), загадочная смерть Графини и странное поведение Германа — вконец измучили Лизу. «Ах, истомилась, исстрадалась я!..» — с тоской произносит она.

Часы на крепостной башне бьют двенадцать раз, «а Германа всё нет, всё нет». В отчаянии девушка готова допустить страшную мысль, которую всё время гнала от себя… но в этот момент она видит Германа, быстро приближающегося к ней. «Ты здесь! Настал конец мученьям, и снова стала я твоей!» — бросается к нему Лиза. Словно в забытьи повторяет Герман за Лизой слова любви, но вдруг неожиданно прерывает её требованием бежать за ним, — бежать в игорный дом, где «груды золота лежат, и мне, мне одному они принадлежат!». С безумным хохотом он отталкивает девушку и убегает. Поняв, что счастье навсегда потеряно для неё, Лиза бросается в реку.

Картина третья.
Веселятся, развлекаясь игрой в карты, завсегдатаи игорного дома. В перерыве между партиями, под шумные аплодисменты гостей, поёт шутливую песенку Томский; по сложившемуся обычаю, запевают присутствующие свою, игрецкую. Лишь князь Елецкий, впервые оказавшийся в этом кругу, молчалив и не принимает участия в общем веселье. «Я здесь затем, чтоб отомстить!» — говорит он Томскому. В разгаре игры в зале появляется Герман, вызывая недоумение и любопытство присутствующих своим странным, лихорадочно-возбуждённым видом. Он сейчас же включается в игру, предлагая два раза подряд самые крупные ставки и оба раза выигрывая. Любопытство окружающих сменяется испугом и замешательством — «Сам чёрт с тобой играет заодно!» — а Герман, словно движимый таинственной силой, ставит на новую карту. На этот раз против него соглашается играть только князь Елецкий, и предложенный поединок становиться для Германа роковым: вместо беспроигрышного туза в его руках оказывается дама пик. В помутившемся сознании Германа возникают черты старой Графини: «Проклятая! Что надобно тебе? Жизнь моя? Возьми, возьми её!». Выхватив кинжал, он закалывает себя. Несколько человек бросается к нему: «Несчастный! Как ужасно покончил он с собой!.. Он жив ещё!». Герман приходит в себя. Увидев князя Елецкого, он старается приподняться, прося у него прощения, но мысли умирающего путаются, и всё окружающее заслоняется в его сознании образом Лизы. «Красавица! Богиня! Ангел!» произносит последние слова Герман. Потрясённые, стоят над умирающим игроки и гости.

Опера была заказана Чайковскому дирекцией императорских театров. Сюжет предложен И.А.Всеволожским. Начало переговоров с дирекцией относится к 1887/88 годам. Первоначально Ч. отказался и лишь в1889 г. решил писать оперу на этот сюжет. На совещании в дирекции императорских театров в конце1889 г. были обсуждены сценарий, планировка сцен оперы, постановочные моменты, элементы оформления спектакля. В эскизах опера сочинена с 19/31 янв. по 3/15 марта во Флоренции. В июле — дек. 1890 Ч. внес множество изменений в партитуру, в литературный текст, речитативы, вокальные партии; по желанию Н.Н.Фигнера было также создано два варианта арии Германа из 7-й карт. (разные тональности). Все эти изменения зафиксированы в корректурных оттисках переложения для пения с фортепиано, пометах, различных вставках 1-го и 2-го изд.

При создании эскизов Ч. активно перерабатывал либретто. Он существенно изменил текст, ввел сценические ремарки, сделал сокращения, сочинил собственные тексты для арии Елецкого, арии Лизы, хора «Ну-ка, светик Машенька».

В либретто использованы стихи Батюшкова (в романсе Полины), В.А.Жуковского (в дуэте Полины и Лизы), Г.Р.Державина (в заключительной сцене), П.М.Карабанова (в интермедии).

В сцене в спальне графини использована старинная французская песня » Vive Henri IV». В той же сцене с несущественными изменениями заимствовано начало арии Лоретты из оперы А.Гретри «Ричард Львиное сердце». В заключительной сцене использована вторая половина песни (полонеза) «Гром победы, раздавайся» И.А.Козловского.

Перед началом работы над оперой Чайковский находился в подавленном состоянии, в чем он признавался в письме к А.К.Глазунову: «Переживаю очень загадочную стадию на пути к могиле. Что-то такое совершается внутри меня, для меня самого непонятное. Какая-то усталость от жизни, какое-то разочарование: по временам безумная тоска, но не та, в глубине которой предвидение нового прилива любви к жизни, а нечто безнадежное, финальное… А вместе с этим охота писать страшная… С одной стороны чувствую, что как будто моя песенка уже спета, а с другой — непреодолимое желание затянуть или все ту же жизнь, или еще лучше новую песенку»…

Чайковский очень любил и высоко ценил свою оперу «Пиковая дама», называя ее шедевром. Она была написана в эскизах в течение 44 дней во Флоренции. Сюжет заимствован из одноименной повести Пушкина. Либретто написано братом композитора М.И.Чайковским, хотя некоторые тексты написал сам Чайковский. Опера сочинялась скоро и с особой страстью. После ее завершения композитор написал струнный секстет «Воспоминание о Флоренции», посвятив его городу, в котором он создал своей любимое детище.

Ч. хорошо осознавал значение «Пиковой дамы» даже в процессе работы. Вот строки его письма князю Константину Константиновичу: «Я писал ее с небывалой горячностью и увлечением, живо перестрадал и перечувствовал все происходящее в ней (даже до того, что одно время боялся появления призрака «Пиковой дамы») и надеюсь, что все мои авторские восторги, волнения и увлечения отзовутся в сердцах отзывчивых слушателей» (от 3 авг.1890 г.). И еще одна красноречивая самооценка: «… или я ужасно ошибаюсь, или «Пиковая дама» в самом деле шедевр…» Эта самооценка оказалась пророческой. Характеристика композитором идеи Четвертой симфонии как нельзя лучше отвечает основному смыслу его оперного шедевра: «Это — фатум, это та роковая сила, которая мешает порыву к счастью дойти до цели». «Все новое, сравнительно с Пушкиным, в сюжете… — отмечает либреттист оперы М.И.Чайковский, — перенесение времени действия в эпоху Екатерины и введение любовно-драматического элемента». Добавим, что Герман в опере не рассчетливый и честолюбивый игрок с «душой Мефистофеля», а бедный офицер, «теплое, живое отношение» к которому со стороны самого автора рождает и наш ответный отклик — скорее сочувствие, чем осуждение. Лиза превращена из бедной воспитанницы во внучку старой графини. К тому же она — невеста и, в отличии от неимущего Германа, ее жених — знатный и богатый князь Елецкий. Все это усиливает мотив социального неравенства, разделяющий героев. Толкуя по-своему пушкинскую повесть, Ч. одновременно укрупнил ее.

Особенностью оперы является то обстоятельство, что главный герой ее, Герман, присутствует на сцене и поет во всех семи картинах оперы, что требовало от певца высокого мастерства и выносливости. Партия Германа писалась в расчете на замечательного русского тенора Н.Н.Фигнера, который и стал ее первым исполнителем.

Композитор сам принимал участие в подготовке петербургской премьеры, проходя партии Германа и Лизы с супругами Фигнер. По отзывам критики, «яркий темперамент Фигнера придал каждой фразе в соответствующих сильных моментах очень большую рельефность. В чисто лирических местах… пение Фигнера было проникнуто очаровательной мягкостью и задушевностью». «Фигнер и петербургский оркестр… сделали истинные чудеса», — писал впоследствии Чайковский. Успех «Пиковой дамы», как и предвидел ее автор, был потрясающим. С таким же невероятным успехом «Пиковую даму» приняли в Киеве 12 дней спустя после петербургской премьеры в исполнении оперной антрепризы И.П.Прянишникова под управлением И.В.Прибика с известным артистом М.Е.Медведевым в роли Германа. 4 ноября 1891 «Пиковую даму» давали в Москве в Большом театре. Автор присутствовал на спектакле, как и на первых представлениях в Петербурге и Киеве и принимал участие в репетиционной работе. Дирижировал И.К.Альтани. Главные роли исполняли выдающиеся артисты: М.Е.Медведев (Герман), перешедший из Киева в Москву, М.А.Дейша-Сионицкая (Лиза), П.А.Хохлов (Елецкий), Б.Б.Корсов (Томский) и А.П.Крутикова (Графиня). Очень тщательно была подготовлена постановка в национальном театре Праги под управлением дирижера А.Чеха (12 окт. — 30 сент.1892 г.) — первое исполнение «Пиковой дамы» за рубежом.

ИСТОРИЯ СОЗДАНИЯ.

Сюжет пушкинской «Пиковой дамы» не сразу заинтересовал Чайковского. Однако со временем эта новелла все более овладевала его воображением. Особенно взволновала Чайковского сцена роковой встречи Германа с графиней. Ее глубокий драматизм захватил композитора, вызвав горячее желание написать оперу. Сочинение было начато во Флоренции 19 февраля 1890 года. Опера создавалась, по словам композитора, «с самозабвением и наслаждением» и была закончена в предельно короткий срок — сорок четыре дня. Премьера состоялась в Петербурге в Мариинском театре 7 (19) декабря 1890 года и имела огромный успех.

Вскоре после опубликования своей новеллы (1833) Пушкин записал в дневнике: «Моя «Пиковая дама» в большой моде. Игроки понтируют на тройку, семерку, туза». Популярность повести объяснялась не только занимательностью фабулы, но и реалистическим воспроизведением типов и нравов петербургского общества начала XIX столетия. В либретто оперы, написанном братом композитора М. И. Чайковским (1850—1916), содержание пушкинской повести во многом переосмыслено. Лиза из бедной воспитанницы превратилась в богатую внучку графини. Пушкинский Герман — холодный, расчетливый эгоист, охваченный одной лишь жаждой обогащения, предстает в музыке Чайковского как человек с огненным воображением и сильными страстями. Различие общественного положения героев внесло в оперу тему социального неравенства. С высоким трагедийным пафосом в ней отражены судьбы людей в обществе, подчиненном беспощадной власти денег. Герман — жертва этого общества; стремление к богатству незаметно становится у него навязчивой идеей, заслоняющей любовь к Лизе и приводящей его к гибели.

МУЗЫКА.

Опера «Пиковая дама» — одно из величайших произведений мирового реалистического искусства. Эта музыкальная трагедия потрясает психологической правдивостью воспроизведения мыслей и чувств героев, их надежд, страданий и гибели, яркостью картин эпохи, напряженностью музыкально-драматического развития. Характерные черты стиля Чайковского получили здесь свое наиболее полное и совершенное выражение.

В основе оркестрового вступления три контрастных музыкальных образа: повествовательный, связанный с балладой Томского, зловещий, рисующий образ старой Графини, и страстно-лирический, характеризующий любовь Германа к Лизе.

Первый акт открывается светлой бытовой сценой. Хоры нянюшек, гувернанток, задорный марш мальчиков выпукло оттеняют драматизм последующих событий. В ариозо Германа «Я имени ее не знаю», то элегически-нежном, то порывисто-взволнованном, запечатлены чистота и сила его чувства. Дуэт Германа и Елецкого сталкивает резко контрастные состояния героев: страстные жалобы Германа «Несчастный день, тебя я проклинаю» переплетается со спокойной, размеренной речью князя «Счастливый день, тебя благословляю». Центральный эпизод картины — квинтет «Мне страшно!» — передает мрачные предчувствия участников. В балладе Томского зловеще звучит припев о трех таинственных картах. Бурной сценой грозы, на фоне которой звучит клятва Германа, завершается первая картина.

Вторая картина распадается на две половины — бытовую и любовно-лирическую. Идиллический дуэт Полины и Лизы «Уж вечер» овеян светлой грустью. Мрачно и обреченно звучит романс Полины «Подруги милые». Контрастом ему служит живая плясовая песня «Ну-ка, светик-Машенька». Вторую половину картины открывает ариозо Лизы «Откуда эти слезы» — проникновенный монолог, полный глубокого чувства. Тоска Лизы сменяется восторженным признанием «О, слушай, ночь». Нежно печальное и страстное ариозо Германа «Прости, небесное созданье» прерывается появлением Графини: музыка приобретает трагический оттенок; возникают острые, нервные ритмы, зловещие оркестровые краски. Вторая картина завершается утверждением светлой темы любви. В третьей картине (второй акт) фоном развивающейся драмы становятся сцены столичного быта. Начальный хор в духе приветственных кантат екатерининской эпохи — своеобразная заставка картины. Ария князя Елецкого «Я вас люблю» обрисовывает его благородство и сдержанность. Пастораль «Искренность пастушки» — стилизация музыки XVIII века; изящные, грациозные песни и танцы обрамляют идиллический любовный дуэт Прилепы и Миловзора. В финале в момент встречи Лизы и Германа в оркестре звучит искаженная мелодия любви: в сознании Германа наступил перелом, отныне им руководит не любовь, а неотвязная мысль о трех картах. Четвертая картина, центральная в опере, насыщена тревогой и драматизмом. Она начинается оркестровым вступлением, в котором угадываются интонации любовных признаний Германа. Хор приживалок («Благодетельница наша») и песенка Графини (мелодия из оперы Гретри «Ричард Львиное Сердце») сменяются музыкой зловеще затаенного характера. Ей контрастирует проникнутое страстным чувством ариозо Германа «Если когда-нибудь знали вы чувство любви».

В начале пятой картины (третий акт) на фоне заупокойного пения и завывания бури возникает возбужденный монолог Германа «Все те же думы, все тот же страшный сон». Музыка, сопровождающая появление призрака Графини, завораживает мертвенной неподвижностью.

Оркестровое вступление шестой картины окрашено в мрачные тона обреченности. Широкая, свободно льющаяся мелодия арии Лизы «Ах, истомилась, устала я» близка русским протяжным песням; вторая часть арии «Так это правда, со злодеем» полна отчаяния и гнева. Лирический дуэт Германа и Лизы «О да, миновали страданья» — единственный светлый эпизод картины. Он сменяется замечательной по психологической глубине сценой бреда Германа о золоте. О крушении надежд говорит возвращение музыки вступления, звучащей грозно и неумолимо.

Седьмая картина начинается бытовыми эпизодами: застольной песней гостей, легкомысленной песней Томского «Если б милые девицы» (на слова Г. Р. Державина). С появлением Германа музыка становится нервно-возбужденной. Тревожно-настороженный септет «Здесь что-нибудь не так» передает волнение, охватившее игроков. Упоение победой и жестокая радость слышатся в арии Германа «Что наша жизнь? Игра!». В предсмертную минуту его мысли вновь обращены к Лизе, — в оркестре возникает трепетно-нежный образ любви.

ВЕРНУТЬСЯ К СПИСКУ «Самые известные оперы мира»

М. Друскин  ЗАПИСЬ ОПЕРЫ «ПИКОВАЯ ДАМА»

Герман………………………Никандр Ханаев (тенор)
Лиза…………………………Ксения Держинская (сопрано)
Графиня……………………Бронислава Златогорова (контральто)
Граф Томский………………Александр Батурин (баритон)
Князь Елецкий………………Пантелеймон Норцов (баритон)
Полина\Миловзор (Дафнис)………Мария Максакова (меццо-сопрано)
Прилепа\Хлоя………………Валерия Барсова (сопрано)
Златогор……………………Владимир Политковский (баритон)
Чекалинский………………Сергей Остроумов (тенор)
Сурин………………………Иван Маншавин (тенор)
Чаплицкий……………………Михаил Новоженин (бас)
Нарумов……………………Константин Терехин (бас)
Маша…………………………Надежда Чубиенко (сопрано)
Гувернантка…………………Маргарита Шервинская (контральто)
Церемонимейстер……………Пётр Белинник (тенор)

с сайтов http://fenixclub.com, http://belcanto.ru
Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

w

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: